Никита Явейн — о главных изменениях в законе «О границах объединенных зон охраны объектов культурного наследия Петербурга…»
Эксперты оценили по просьбе РБК Петербург главные положения новой редакции 820-го городского закона об охране объектов культурного наследия— законопроект о внесении в него изменений был принят Законодательным собранием во втором, ключевом, чтении 19 февраля. По общему мнению, главное достижение новой редакции— признание ценными многих зданий советских времен, которые до сих пор не охранялись, поскольку были построены после 1917 года.
При этом основное изменение— замена хронологического подхода к оценке значимости исторических зданий на экспертный— имеет и сторонников, и критиков среди архитекторов и градозащитников. Сегодня публикуем мнение Никиты Явейна, руководителя архитектурного бюро «Студия 44» и профессора Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина:
Никита Явейн, руководитель архитектурного бюро «Студия 44» :
«Главное, ключевое, изменение— это отход от принципа оценки значимости здания в зависимости от года постройки. Мол, что построено до 1917 года, охраняем, а что построено после— нет. Такого принципа ни в одной развитой стране нет, потому что архитектурная ценность объекта не зависит от даты постройки— ценным может быть объект, построенный как до 1917 года, так и после. Главное— чтобы такие объекты формировали городскую среду. И этот принцип теперь взят на вооружение, что я считаю абсолютно правильным решением. В соответствии с новым подходом введены понятия «ценные средовые объекты» и «ценные рядовые объекты».
Вместе с тем, модернизация подхода проведена не до конца. В частности, не урегулирован вопрос с флигелями и дореволюционными хозяйственными постройками во дворах, а с ними все очень непросто. В общем, подход требует доработки. Но в первом приближении все сделано правильно. Через 3-4 года можно будет внести коррективы. И принять решения по зданиям, которые пока не успели обследовать, а их осталось несколько тысяч. Они продолжают охраняться по прежним правилам.
При новом подходе с охраны сняли только те объекты, которые уже фактически не существуют как исторические постройки. Исходя из инвентаризационных документов они числятся построенными до 1917 года, но на самом деле возведены много позже. Другие, хоть и построены до 1917 года, но потом много раз перестраивались. Некоторые были вообще разбомблены, и на их месте что-то построили, но прежнюю архитектуру они не сохранили.
В законопроекте остался список «диссонирующих объектов». Это вообще странный список. Я не знаю, как он появился, все сейчас уходят от его обсуждения. Вначале, когда этот список был очень короткий, все соглашались, что эти здания целесообразно снести. Но когда он стал длинным, многие стали спорить: одним архитекторам какие-то здания нравятся, другим— нет. Список означает только одно— включенные в него здания можно сносить. Как и любое здание, не включенное в списки охраняемых.
Новый подход позволил увеличить количество охраняемых зданий на 650 единиц. Это объекты советской архитектуры, и я согласен, что они ценные и их надо охранять. К ним относятся, например, здания советского конструктивизма 1930-х годов».
Мнение спикера может не совпадать с позицией редакции
Повтор публикации от22.02.2025
Подготовил: Владимир Грязневич